13:06, 27 мая 2019
Особое мнение Игоря Олина от 27.05.19
Время выхода в эфир: 13:06, 27 мая 2019
6806
0
Гости: Игорь Олин
Ведущие: Светлана Занько

С. Занько


– Да, это программа «Особое мнение» и у микрофона снова сегодня Светлана Занько. А своё особое мнение высказывает директор средней школы в Вахрушах Игорь Олин.


Игорь, добрый день.


И. Олин


– Добрый день.


С. Занько


– Вот мы сейчас очень активно в развороте со слушателями обсуждали вопрос установки памятника Сталину в Кировской области. Установлен он на частной территории в Зуевском районе. Установили его «Коммунисты России» к своему 10-летию, к 10-летию партии. И в выходные, 26-го числа, открывали этот памятник. Съехались «Коммунисты России» со всей страны.


Надо сказать, что это был один из самых резонансных эфиров в смысле отклика у наших слушателей за последнее время. Звонки раздавались в студию бесконечно и люди высказывали разные абсолютно точки зрения, причём, надо сказать, что люди одного возраста высказывали разные точки зрения на эту историю.


И я хотела обсудить, конечно, этот вопрос с вами. И как с директором школы, и как с историком, и как с человеком. Но прежде всего самый простой вопрос, мы его и слушателям тоже задавали: как вы относитесь к тому, что появился бюст Сталину в неотдалённом от Кирова районе Кировской области?


И. Олин


– У меня сложилось впечатление, что в нашей стране памятники ставят не потому, что были какие-то исторические реалии, а потому что сейчас вот именно такая политическая ситуация в настоящее время сложилась. Поэтому, когда мы начинаем думать о том, а каковы мотивы установки памятников, ну, как правило, памятники устанавливают, там преобладают краеведческие мотивы.


В данном случае краеведческого мотива нет. Сталин – такая фигура, что подробная его деятельность разбирается в учебниках и в школьных, и в вузовских, поэтому нет задачи и напомнить кому-то о Сталине, потому что и так эту историческую фигуру все знают. Поэтому в данном случае, мне кажется, здесь чисто политические мотивы, политический пиар определённый. И это как, даже может быть определённый эпатаж, чтобы продемонстрировать, – вот данная политическая сила, она хочет продемонстрировать в пику нынешней власти о том, что сейчас нет такого развития, каким было развитие в ту историческую эпоху.


К сожалению, нет сегодня привлекательного образа России будущего, что мы не знаем, куда мы идём, а в ту эпоху люди верили в светлый путь строительства социализма. Вот таким образом они и рассуждают, наверное, когда принимают подобные решения. Только вот в данном случае, на мой взгляд, это вот моя уже лично позиция, мне кажется опасным и страшным, что в качестве эпохи, на которую кивают наши современники и упрекают нынешнюю власть о том, что не так всё хорошо, как хотелось бы, они в качестве примера обращаются именно к сталинской эпохе, к сталинской эпохе. Ничего другого не находится.


И посмотрите даже по опросам социологов – у нас чуть ли не под 60-70% населения сегодня оценивают положительно ту эпоху. В этом году мы вот с 9-классниками прошли как раз XX век и в конце курса я их спросил по поводу, в том числе сталинской эпохи, как они к ней относятся. Ну, не скажу, что половина, но до половины, около трети, у них сложился такой позитивный взгляд на сталинскую эпоху. Но, когда я спросил их: «А кто из вас хотел бы жить в ту эпоху?», ни один не сказал, что «я хотел бы жить в сталинскую эпоху». Поэтому, мне кажется, когда мы идеализируем её, когда мы вспоминаем известное высказывание о том, что Сталин принял Россию с деревянной сохой, а оставил с атомным оружием...


С. Занько


– Сегодня звучало это тоже.


И. Олин


– ...или то, что кто-то из политиков начала XX века говорил о том, что у нас в истории только были два великих государственных деятеля – Пётр I и Сталин, потому что оба сделали Россию державой. Конечно, в нашем ментальности, вот у русских людей, вот эта великодержавность, она присутствует всегда. Многие ориентируются на неё, но мы уже люди XXI века, мы должны всё равно задумываться над тем, какая цена была заплачена за то, чтобы стать державой.


Всё-таки Сталин и сталинская эпоха – это не только достижения индустриализации, не только победа в войне, не только восстановление промышленности после войны. Это ещё и беспощадная эксплуатация тех же пролетариев, тех же крестьян. Это нищенские фактически условия существования. Это угроза расправы – если ты не просто там даже какой-то политический противник, а просто не выполняешь или где-то там с трудовой дисциплиной у тебя прокол, ты оказываешься в колонии, оказываешься в лагерях и должен практически бесплатно работать какое-то количество времени.


Поэтому, это опасный прецедент – то, что мы обращаемся к Сталину, как к примеру, и говорим нынешней власти: а давайте будем создавать нечто похожее на сталинскую эпоху. Мне лично не хочется, чтобы так происходило.


С. Занько


– Что касается памятников, ещё вернёмся к этому.


Посмотрите, какой интересный способ избрали «Коммунисты России» для установки – они это сделали на частной территории, для того чтобы не было общественных обсуждений. Причём, территория очень интересная, она в летнее время служит для проведения детского летнего отдыха, детских лагерей. Правда, они тут говорят, собираются его перевезти на летнее время, но ведь не факт же. И вот это...


И, кстати говоря, другие коммунисты, которые в Кирове хотят поставить памятник, они тоже заявляют о том, что будут выкупать территорию, чтобы она была частная и устанавливать там частным порядком памятник Сталину.


Есть мнение, что памятники можно ставить разные, можно ставить где угодно и любым личностям, потому что все они в истории присутствовали. Как вы к этому относитесь?


И. Олин


– Нет, я думаю, всё-таки, если это общественное пространство, то... Ну, люди все, конечно, разные. Могут быть самые различные инициативы. Но, мне кажется, в общественном пространстве на каких-то общедоступных улицах, площадях, вообще доступных скверах, должны всё-таки ставиться памятники, которые будут нести определённую нагрузку, в том числе и воспитательную. И...


С. Занько


– Общественная дискуссия должна быть всё-таки в любом случае?


И. Олин


– Должна быть, да. Должно учитываться всё равно мнение людей, чтобы это не были какие-то одиозные фигуры, которые подавляющим большинством воспринимаются негативно, потому что установка этих памятников, она будет постоянно порождать какие-то общественные конфликты. Всё равно должно быть определённое согласие в обществе, что да, вот эта фигура, она может быть абсолютно из разных эпох...


С. Занько


– Нет. Ну, здесь, ведь, Игорь, другая история. Я всё-таки уточню ещё раз. Другая история. Они как раз и говорят: это наша частная территория – что хотим, то и ставим.


У нас была такая история с одним из местных олигархов, который не памятник, а колесо, помните, обозрения хотел на Театральной площади построить. И он сказал: «Я плачу. Я ставлю, где хочу». Здесь то же самое: я плачу и плюс ещё и за землю плачу, и ставлю, что хочу. И есть группа поддержки, которые говорят: да, пожалуйста, если частная территория, пожалуйста, ставьте.


Вот здесь-то нет противоречия у вас?


И. Олин


– Ну, я думаю, на частной территории, если он дома решил поставить памятник, купить бюст Сталина и поставить себе дома на стол – ради бога, это его право. Может в огороде поставить, может на даче.


С. Занько


– Но не допускать на общедоступных общественных пространствах установку без дискуссий.


И. Олин


– Нет, этого не должно быть.


С. Занько


– Возвращаясь к детям и возвращаясь к персоне Сталина в школах, например. Вот у меня был случай – тоже на одном из мероприятий, которые были посвящены Великой Отечественной войне, в одной из школ, куда я зашла, я видела объявление, что вот будет, значит, проводиться там какое-то мероприятие, я не помню, линейка или что-то такое, посвящённое Великой Отечественной войне. И там как раз был портрет Сталина на этой листовке.


Я была очень удивлена этому. Но тут, когда я позвонила в управление школы, мне сказали: ой, а мы даже не заметили, что там есть Сталин. Ну, с одной стороны. А, с другой стороны, всё-таки он управлял страной, когда произошла эта Великая Победа.


Насколько осторожно нужно к этому, вот сейчас, в наше время, вот сейчас, в этому году, в эти года, в которые мы живём, насколько осторожно нужно к этой персоне относиться на ваш взгляд учителям?


И. Олин


– Ну, у нас процесс десталинизации был запущен сразу после его смерти и были даны оценки, в том числе и правившей тогда коммунистической партии. Определённый ренессанс неосталинизма, он стал происходить, может быть, в 80-е годы, но и то фигура Сталина, она никогда коммунистами Советского Союза не выпячивалась. Да, все признавали, он всё-таки возглавлял страну несколько 10-летий.


Эту эпоху нельзя, конечно, оценить только отрицательно или только положительно. Это очень такая эпоха неоднозначная. Но, в наше время, буквально какое-то поклонение Сталину стало возникать, что не нормально, потому что всё-таки у нас миллионы людей, пострадавшие в ту эпоху. И мне кажется, что в истории нам не повезло в том плане, что не было у нас периода, когда бы была дана оценка не только политическим репрессиям, вот тем масштабным, но и участию в этих политических репрессиях значительного количества людей.


То есть до сих пор многие архивы закрыты, а те, которые были может быть открыты, там эту тему старались не афишировать. Но ведь были конкретные исполнители, конкретные палачи, на отдельных территориях. И эти фигуры, они остались в истории, как бы, забытыми.


С. Занько


– Да, мой вопрос был про другое, Игорь. Нам сейчас нужно будет прерваться на 30 секунд.


Был вопрос вот про что – насколько можно отключать учителю критическое мышление, когда идёт, вот как вы сказали сейчас, когда идёт эпоха реабилитации кого бы то ни было или поклонения кому то ни было? Потому что 70% россиян, которые приветствуют политику, которую проводил Иосиф Виссарионович в своё время в нашей стране, это такой серьёзный тренд.


И вот в этот момент учителю каким нужно быть? И это будет вопрос последний по этой теме. Но мы, попрошу вас ответить после короткого перерыва.


ПЕРЕРЫВ


С. Занько


– Да, это программа «Особое мнение», у микрофона работает Светлана Занько. Своё особое мнение высказывает Игорь Олин, директор средней школы в Вахрушах. Мы заканчиваем разговор об установке памятника Сталину в Зуевском районе.


И мой вопрос до перерыва звучал следующим образом: в то время, как сейчас, когда идёт такой сильный тренд практически преклонения перед какой-то исторической фигурой, насколько критическое мышление учителя должно включаться, для того чтобы взвешенную информацию доносить до детей? Про Сталина говорим.


И. Олин


– В данном случае, конечно, подобные исторические фигуры нужно выносить на человеческий суд, в данном случае ученический суд. И одна из задач предмета «История» и вообще истории, как таковой, это то, чтобы современные поколения, оглядываясь назад, оценивали – что происходило, какие были плюсы, какие минусы.


С. Занько


– А учебники истории современные позволяют это сделать?


И. Олин


– Учебники позволяют. Может быть, меньше позволяет необходимость готовить учеников к единому государственному экзамену и натаскивать на правильные ответы. И меньше времени остаётся именно на диспуты, на дискуссии. Это минус нынешней системы.


С. Занько


– Но задача учителя...


И. Олин


– Ну, они остаются. Остаются и стандарты, их декларируют, такие задачи.


С. Занько


– Научить ребёнка критически мыслить и оценивать.


И. Олин


– Да.


С. Занько


– Переходим к Екатеринбургу. Ситуация вокруг сквера, в котором хотели построить храм местные власти и олигархи, она развивается. И вот последние новости, которые я вижу, это новости о встрече Президента Российской Федерации Владимира Путина с патриархом Кириллом, где обсуждалась ситуация вокруг строительства храма в Екатеринбурге. Об этом Дмитрий Песков сегодня на брифинге рассказал.


Он, конечно, не пояснил, о чём там конкретно говорили, но посмотрите, как прослеживается изменение реакции высших властей на эту ситуацию. Сначала и Песков говорил о том, что это в ведомстве муниципальных властей и региональных, может быть, а Путин здесь ни при чём. А сейчас эта уже история вышла на уровень двух высших лиц – церкви и государства. О чём это нам говорит?


И. Олин


– Я не поверю, что перед тем, как прозвучала фраза Путина о том, что нужно бы провести опрос, на столе у него не оказались расклады. Потому что у нас, мне кажется, довольно много структур и кроме обычных социологических служб, типа «Левада-центра», которые занимаются оценкой общественного мнения.


И в данном случае власть была убеждена, что продавливание вот этого решения, силового, которое она вполне могла реализовать, и мы многократно наблюдали подобные ситуации, это продавливание привело бы к большему количеству минусов для неё, чем подобный выход из ситуации – постараться поговорить с людьми и выяснить их мнение. Хотя мнение это уже было тогда очевидно и потом подтвердили опросы о том, что 3/4 населения Екатеринбурга, они выступают против застройки сквера.


Поэтому, это был такой красивый ход, для того чтобы каким-то образом отступить и дать местной власти сохранить лицо, что и произошло.


Ещё один, вот, интересный вывод, мне кажется, отсюда вытекает – это то, что современное общество, оно всё-таки не принимает ту идеологию, которую, ну, пусть, может быть не так ярко, но настойчиво потихонечку в последние годы навязывали. Это определённое возрождение теории графа Уварова «Самодержавие, православие, народность», где вместо самодержавия только сильный президент, сильная власть президента. А вот православие, народность, вот этот союз руководителя страны, церкви и народа, единый и нерушимый, вот этот союз насаждался.


В действительности то, что вот подобные идеологии и подобные точки зрения насаждаются не то, чтобы силой, а так, с использованием административного ресурса, приводит к тому, что люди в публичном пространстве высказывают одни взгляды, имеют как бы одни убеждения, а в действительности у них этих убеждений нет.


Как произошло, например, в ситуации распада Советского Союза, когда у нас было 19 миллионов коммунистов. И, когда были приняты беловежские соглашения, почти никто из них не вышел защищать Советский Союз.


И то же самое мы видим сегодня, что у нас может быть позиционируют себя православными, государственниками 70-80% населения, но в данном случае мы видим совершенно обратную ситуацию. Вот, в реальной конкретной ситуации они очень легко отказались вот от этого насаждения, и они мыслят совершенно по-другому. Они считают, что здесь должен быть сквер и это гораздо полезнее для их города, для общества, чем храм на его месте.


С. Занько


– Эта ситуация показывает ли нам, что меняется каким-то образом гражданское общество Российской Федерации, что люди стали более активные, более осознанно воспринимать то, что происходит вокруг и отстаивать свою позицию? Или нет, это частный случай?


И. Олин


– Я думаю, что меняется. Люди начинают.


Не сказать, что этого никогда не было. Я помню во второй половине 80-х годов, в начале 90-х годов у нас было очень активное гражданское общество. И люди верили в то, что если они будут принимать активное участие в тех или иных инициативах, это пойдёт на пользу стране, это в конечном итоге улучшит их жизнь. Затем со временем наступила такая апатия, что – вообще, что бы ты ни делал, что бы ты ни говорил, ни к чему это не приводит.


Но ситуация только усугублялась, и она дошла до какой-то черты, когда люди стали понимать, что если мы по прежнему продолжим занимать позицию «моя хата с краю», если мы будем только наблюдателями, то ни к чему хорошему мы не придём. Всё хуже и хуже становится. И вот они в Екатеринбурге, я думаю, таких мы можем вспомнить сегодня и привести примеры очень ярких выступлений в Архангельской области по поводу строительства Шиеса.


С. Занько


– И в других уже регионах тоже по этому же строительству.


И. Олин


– И в других регионах, и именно на местах, где уже люди непосредственно соприкасаются. Это даже не то, как будет развиваться страна, в чём мы можем, не зная всей информации, можем заблуждаться и не понимать, как действует высшее руководство. Но здесь за нашими окнами, рядом с нами может появиться вот то-то, произойти вот то-то. Мы должны каким-то образом на это отреагировать. И люди начинают реагировать. И это, несмотря на конфликтность этой ситуации, в данном случае эта конфликтность, она безусловно положительно играет на развитии нашей страны. Это очень хороший момент. Он меня, кстати, очень радует, что это происходит.


С. Занько


– Это Игорь Олин, директор средней школы в Вахрушах. Это его особое мнение мы сегодня слушаем. Ну, вот кстати говоря, у нас ведь тоже очень серьёзная тема такая назревает, это тема Марадыково или Марадыковский, как надо говорить. Ну, в народе уже ходит Марадыково. Эта тема всплыла в начале мая, когда было опубликовано распоряжение о том, что в Марадыково будет продолжена работа. Это будет построен новый какой-то перерабатывающий, видимо, комплекс химических отходов первого и второго класса опасности. Это самые опасные химические отходы.


И, надо сказать, что несмотря на майские праздники, уже какие-то первые действия были проведены. Ну, во-первых, в СМИ стали появляться публикации. Во-вторых, комиссия по экологии общественной палаты тоже собралась и в своей резолюции 3 пункта изложила. Я надеюсь, что они уже есть в правительстве. Это будет понятно в среду на клубе «Вечерний», о котором мы ещё тоже поговорим.


Комиссия общественной палаты по экологии следующее заявила, что правительству и Росатому нужно дать полную информацию по проекту, актуальную на данный момент. Разослать во все СМИ, муниципалитеты, конкретно, которые задействованы. Пригласить в Киров представителей Росатома и провести круглые столы со специалистами местными и общественностью. И третье – сформировать постоянную действующую комиссию из местных специалистов, общественников, чиновников, именно местных, которая бы действовала с этого момента и на всём протяжении деятельности нового объекта.


Эта тема, как вы думаете, резонанс вызовет в обществе? Насколько люди активно туда включатся? И вам самому насколько она кажется проблемной, опасной может быть, значимой для вас лично, как жителя региона?


И. Олин


– Ну, конечно, она вызовет резонанс, это безусловно. И у многих людей появится вопрос: почему опять мы?


С. Занько


– А он уже появился. Почему опять мы? Сейчас прервёмся на полторы минуты, у нас реклама. Это хороший вопрос. Он уже появился.


РЕКЛАМА


С. Занько


– Почему опять мы? Последняя фраза была перед перерывом у Игоря Олина, директора средней школы в Вахрушах, в отношениях проекта Марадыково, продолжения работы объекта в Марадыково, который будет активно обсуждаться в среду на клубе «Вечерний». Там свободный доступ, сразу могу сказать, анонсы уже в соцсетях идут.


Почему опять мы? Почему опять мы принимаем отходы первого, второго класса опасности, химические отходы для переработки? У вас тоже возник этот вопрос первым?


И. Олин


– Ну, конечно, если всего 4 региона, то почему именно Кировская область? Ну, я понимаю, наверное, руководствовались тем, что там уже был опыт утилизации химического оружия, есть определённая инфраструктура, поэтому, наверное, думают, что разумно там оставить. Но, конечно, для жителей местных, нас это всё равно мало устраивает.


С. Занько


– Чем именно вас не устраивает развитие объекта «Марадыковский»? Почему?


И. Олин


– Ну, потому что всё равно утилизация таких опасных отходов, несмотря на все высокие технологии, которые может быть существуют или будут ещё созданы, они будут нести определённую угрозу в каких-то чрезвычайных ситуаций. Всё равно ведь их везут откуда-то, могут быть аварии на железнодорожном транспорте, на автомобильном транспорте. Их привезли, они где-то складированы. Могут случиться, не знаю, пожары. Ну, всё, что угодно. Это всё равно уже место повышенной опасности. И люди, которые живут вокруг, они первыми пострадают. По этой причине может не устраивать.


С. Занько


– А где, если не мы? Где-то же их нужно утилизировать будет? Тоже вопрос.


И. Олин


– Ну, да. Вот тут мы подходим ко второму вопросу, что одно дело, когда создаются подобные объекты в небольшом количестве регионов и получается, что регион, он в данном случае выполняет работу за всю страну, он выручает, как бы, всю страну.


Мне кажется, что нужно вести разговор о том, что не только вкладывать средства, что само собой разумеется, в сами вот эти мощности производственные по утилизации этих отходов, но и в развитие непосредственно и того района, где это происходит, и непосредственно в развитие самого региона.


Я не знаю, где-то там я прочитал, по-моему, цифру в 5 миллиардов называли, что инвестиции будут в 5 миллиардов на строительство вот этих заводов. 5 миллиардов рублей. Но, если мы сегодня слышим по телевидению, что у нас арестован полковник ФСБ, у которого в трёх комнатах найдено 12 миллиардов, то мы понимаем, что эта сумма, 5 миллиардов, для того чтобы утилизировать со всей страны эти отходы, она не такая большая. Дайте хотя бы эти 12 миллиардов.


С. Занько


– Ну, вопрос-то, кстати говоря, вот эти 5 миллиардов – не очень понятно. Это только в строительство объекта? И, правда, пока что ничего не сказано, – а что будет вкладываться в сам регион и будет ли? Ведь это, в общем, объект, который принадлежит не региону. Это объект, который принадлежит РосРАО. И мы до сих пор не знаем, а участвуют ли вообще регионы в обсуждении этого вопроса? Имеют ли право? Мы имеем право, как вы считаете?


И. Олин


– Мы имеем право. С точки зрения здравомыслящего человека здесь нужно искать компромисс. Нужно убедить людей за эти годы, что всё, что будет построено, будет относительно безопасно, то есть сделано по последнему слову техники и технологий. А, во-вторых, всё равно посулить пряник и реализовать его, потому что Кировская область, всё-таки, регион, который требует серьёзных вложений.


С. Занько


– Дотационный регион, прямо скажем, мы до сих пор.


И. Олин


– Ну, как-то всё равно надо идти навстречу, если регион решает подобные вопросы. Надо всё равно его развивать.


Я просто приведу аналогию. Вот, когда у нас спорный этот момент до сих пор с полигоном ТБО в Осинцах, когда создали полигон для региона, то первоначально, когда он обсуждался, этот вопрос, на районных думах – я тогда был депутатом районной думы, – его привязывали к решению ряда социальных проблем.


Например, привязывали к тому, что там давным-давно неисправные очистные и поэтому, когда едешь в Слободской через Вахруши, любой, кто проезжает там на машине или на автобусе, он чувствует этот неприятный запах, который идёт с этих очистных. Шла речь о 110 миллионах на тот момент, вот если мне правильно запомнилась эта цифра, 110 миллионов рублей, которые будут вложены в реализацию проекта по строительству новых очистных.


С. Занько


– И что?


И. Олин


– Поднимался вопрос о том, что, ну, вот Вахруши, они всё-таки достаточно большой посёлок. Школа работает в 2 смены, там практически 300 человек во вторую смену учатся. И решался вопрос о том, что вот создали проект, заплатили 1,5 миллиона, сделали проект, он прошёл государственную экспертизу по строительству пристроя к школе, но ни то, ни другое, ни что прочее не реализовано.


И, когда сегодня происходит вот эта конфликтная ситуация между инициативной группой жителей и властями, – одни не принимают, другие продавливают, – то даже нет вот момента для переговоров о том, что, ну, мы делаем вашу жизнь всё равно лучше. Делают только хуже. То есть построили вот эту свалку-полигон – ситуация ухудшилась. Но ничего взамен лучшего-то не предложили. И точно так же может у нас получиться с нашим полигоном. Да, мы принимаем...


С. Занько


– С Марадыково, вы имеете в виду.


И. Олин


– С Марадыково, да.

...отходы со всей страны, но при этом цветёт, благоухает великолепием и роскошью у нас Москва...


С. Занько


– Недавно вы там были. Отметили?


И. Олин


– ...или какие-то крупные города, а Кировская область, как прозябала, так и будет прозябать, да ещё хоронить эти отходы. Это несправедливо.


С. Занько


– Да. Ещё раз напомню, что в среду в дискуссионном клубе «Вечерний» пройдёт открытая дискуссия по Марадыково. Там примут участие губернатор Кировской области Игорь Васильев, – это была его инициатива, начать уже такие активные обсуждения с людьми – и там будут представители, насколько я знаю, Росатома. Я надеюсь, что они будут. Откликнулись, как раз, на общественную палату, на их призыв приехать и проводить консультации и круглые столы. Там будут различные ведомства. И я надеюсь, что придут и кировчане, которые этим вопросом заинтересованы.


Ну, а что касается школы, кстати говоря, вот мы часто говорим о Вахрушевской школе и часто говорим, какие необходимы изменения. И часто говорим вообще, что школы наши требуют и модернизации, и действующие школы в том числе. Но я бы хотела сейчас о другом поговорить, о своём опыте поездки в Финляндию, в округ Оулу, конкретно в город Пудасъярви.


Сколько населения в Вахрушах, кстати, живёт?


И. Олин


– Тоже около 10 тысяч.


С. Занько


– 10 тысяч – это, как Пудасъярви, куда мы ездили. Организована была поездка компанией Holz House, которая у нас передовая по деревянному домостроению, с приглашением правительства Кировской области. Вот меня тоже пригласили. И мы знакомились с опытом деревянной школы в Пудасъярви. Там 10 тысяч квадратных метров территория школы. Население тоже примерно 10 тысяч.


И выяснилось в ходе обсуждения, ну, кстати говоря, Игорь Владимирович Васильев ещё об этом тоже тут в интервью говорил, у нас в эфире, что первый проект строительства школы с применением дерева может быть реализован в Кировской области, в Пасегово.


Что я сейчас делаю? Я сейчас просто Игорю передаю компьютер. Возьмите мышку, Игорь. И можно полистать фотографии проекта вот этой школы, которую в Пасегово планируется построить. Она не будет такой, как в Пудасъярви, потому что там конкретно использовано только дерево, даже без всяких изоляционных химических материалов современных, а именно вот дерево, дерево, дерево. И у нас первая школа с применением дерева может быть построена. Вот сейчас, когда вы смотрите первые иллюстрации к проекту школы в Пасегово, какие у вас ощущения возникают?


И. Олин


– Ну, выглядит всё очень красиво. Я просто представляю в целом, как у нас сейчас выглядят школы, построенные в основном в 60-е годы, 70-е, последние вот в 90-е. Но, я не беру вот самые-самые современные школы, которые уже строятся в наше время, их совсем немного. Особенно в сельской местности эти старинные школы или в посёлках, конечно, страшное зрелище в основном они собой представляют. Очень мрачные такие здания, и внешне, и внутри там всё требует уже совершенно других подходов. А это уже современное здание, которое будет приятно посетить.


С. Занько


– Да, полистайте, полистайте.


И. Олин


– Просто приятно, куда детям приятно прийти. Это же немаловажно, чтобы им хотелось прийти в здание, потому что оно красивое, потому что там красивые комнаты, красивый актовый зал, спортивный зал замечательный. Кабинеты вот таким образом оформлены, по-современному уже.


С. Занько


– А вас не смущает, что из дерева?


И. Олин


– Ну, если решены технологические проблемы пожарной безопасности, то не смущает, потому что современные технологии, если они позволяют, всё-таки сделать так, что они по своим характеристикам не будут уступать бетонным зданиям, кирпичным зданиям, то мне кажется, что наоборот, с точки зрения экологии, с точки зрения здоровьесбережения они лучше.


С. Занько


– А как вы думаете? Вот у нас начали строить уже деревянные ФАПы в прошлом году. Тоже ведь не ожидалось, что за год будет один установлен, второй ФАП построен. Кировская область, если начнёт строить такие современные школы с использованием дерева, местного материала, это вообще может быть каким-то прорывным для нас моментом или нет, это просто будет решать, ну, вот задачи насущные сейчас просто по строительству школ?


И. Олин


– Если бы это произошло, если бы мы могли, например, в год не одну школу пускать, а 10, 15, 20 школ таких деревянных, это был бы безусловно прорывной момент. Это можно было бы гордиться на всю Россию. И у нас очень хорошая система образования по содержанию. Она создана за многие годы была и у нас хорошие очень педагоги, педагогический состав. Хорошие результаты. И если внешне ещё привести всё в норму, то это был бы действительно прорывной момент.


С. Занько


– Ну, улыбается сейчас Игорь Олин, глядя на эти фотографии. Хочется такую школу в Вахрушах?


И. Олин


– Ну, конечно, было бы неплохо.


С. Занько


– Было бы неплохо.


И. Олин


– Ну, или нашу каменную привести в порядок. Тоже там может быть меньше вложений потребуется.


С. Занько


– Уже и это, и уже это было бы хорошо. Но я только от себя добавлю, что финны, они озаботились строительством школ не потому, что у них мест не хватало, а потому что были проблемы такие же, как у нас – демография и заболеваемость. Так вот, за 3 года функционирования этой школы заболеваемость детей на 50% снизилась по всем категориям заболеваний. Ну, мы не говорим сейчас о генетических каких-то вещах и так далее. На 50%. И сейчас там строятся детские сады, дома престарелых и больницы из дерева. Вот такая интересная история.


И. Олин


– И тут ещё один момент. Нам нужно будет тогда отказаться всё-таки от этой тенденции строительства огромных образовательных комплексов на тысячи детей, потому что для детей, особенно дошкольного и школьного возраста, это не уютно. Надо всё равно идти к тому, чтобы школы были, ну, наполняемостью, может быть, 300, 400, 500 человек.


С. Занько


– Вот, как в Пудасъярви. Вот, как эта школа, в которой мы были в Финляндии, где дети заходят, в прихожей оставляют обувь и в носочках целый день по школе.


И. Олин


– К домашней обстановке, чтобы было приближено всё.


С. Занько


– Да, совершенно верно. Спасибо, это было особое мнение Игоря Олина, директора средней школы в Вахрушах. Вела сегодня программу Светлана Занько. Всем хорошего дня.