В гостях - Константин Иванов, Денис Плещенко
___________
А. Лапшина:
– Здравствуйте. Сегодня в очередной раз говорим об объекте «Марадыковский». Рабочая встреча посвященная его перепрофилированию состоялась в правительстве области. Какие вопросы обсуждались, какие итоги совещания, узнаем у наших гостей, это Константин Иванов, начальник отдела технологического инжиниринга федерального экологического оператора. Константин Новомирович, здравствуйте!
К. Иванов:
– Здравствуйте!
А. Лапшина:
– И Денис Плещенко, начальник по коммуникациям федерального экологического оператора. Денис Валерьевич, здравствуйте!
Д. Плещенко:
– Здравствуйте, Анна.
А. Лапшина:
– Это плановая была какая-то встреча? Она изначально предполагалась или это по итогам общественных обсуждений, которые были недавно и недавно завершились.
Д. Плещенко:
– Эта встреча была именно в рамках общественных обсуждений. Я напомню, что у нас общественные обсуждения проходят с 15 июля по 21 августа. И общественная палата, а точнее экспертная группа общественной палаты, направила в наш адрес вопросы и предложения, они и были рассмотрены.
А. Лапшина:
– Насколько, я понимаю, на этой встрече присутствовали и представители надзорных разных ведомств, и Росприроднадзор был, и Ростехнадзор. То есть их присутствие тоже предполагается правилами проведения общественных слушаний или они туда по своей инициативе пришли? Или их вы пригласили?
Д. Плещенко:
– Скорее их пригласила общественная палата, как те организации, которые будут осуществлять государственный контроль за деятельностью будущего предприятия и их экспертное мнение на такой предпроектной стадии носит исключительно конструктивный характер. Они на сегодняшний момент тоже могут предусмотреть те вопросы, которые будут задавать в будущем.
А. Лапшина:
– Они проектную документацию оценивать не должны. Они именно за работу уже объекта надзирают.
Д. Плещенко:
– Да, конечно.
А. Лапшина:
– То есть инициатива была с их стороны, и это тоже хорошо, потому что мы понимаем, что много контроля не бывает. Всё-таки какие вопросы задавались?
Д. Плещенко:
– Я позитивно удивлён конструктивности диалога, который проходил. От общественности, от экспертного сообщества Кировской области поступило значительное количество вопросов и предложений. Их можно разбить на несколько блоков, мы со своей стороны привезли специалистов, которые могли ответить на все возникшие вопросы. Мы также рассказали об учёте тех предложений, которые поступили в наш адрес или о предложениях, которые мы не могли учесть, но аргументировали почему. Нами была доработана и проектная документация – оценка воздействия на окружающую среду. В целом хочу отметить действительно высокую конструктивность мероприятия, потому что такое бывает нечасто.
А. Лапшина:
– Те вопросы, которые вы говорите, они как раз были собраны во время общественного обсуждения в необычном формате?
Д. Плещенко:
– Абсолютно верно. Могу рассказать, что с учётом эпидемиологической обстановки в стране мы вынуждены были прийти к такому формату. Тем не менее он показал свою эффективность, потому что, как правило, общественные слушания, которые проводятся при большом скоплении народу очень часто проходят в эмоциональной обстановке, а опрос, он как раз позволил заинтересованным гражданам, экспертам, некоммерческим организациям более конструктивно подойти к оценке документации и снять эту эмоциональность. В целом мы получили около 700 страниц, это те самые опросные листы и единственное, что надо отметить, что, конечно, были очень похожи замечания и предложения, вопросы задавались, тем не менее мы рассмотрели все и большую часть из них учли. В частности, общественная палата Кировской области направила в наш адрес сводную таблицу своих замечаний и предложений в количестве 62 предложений, и мы как раз эти наиболее конструктивные вещи рассмотрели на этом заседании, которое продлилось 3 часа.
А. Лапшина:
– Константин Новомирович, сейчас к вам переходим, более конкретно по вопросам, давайте разберёмся детально.
К. Иванов:
– Мы в настоящее время на рассмотрение общественности представили предварительные материалы оценки воздействия на окружающую среду и проектную документацию, которая планируется к проведению государственной экологической экспертизы. Рассмотрев её, они выдали нам соответствующие замечания и все эти замечания они разделили на 6 блоков. Я бы их разделил на 3 или 4 блока, потому что часть вопросов касаются в основном бывшей деятельности объекта по уничтожению химического оружия. Например, где будут полигоны, как они будут передаваться, как будет осуществляться контроль, и это в целом, наверное, не касается деятельности самих объектов, которые планируется создать на базе объектов по уничтожению химического оружия. А те вопросы, которые касались непосредственно уже самого объекта они могут быть поделены. Первое, это исходные данные, что является основанием для принятия решения о строительстве: почему именно на этой базе. Второй вопрос, это технологический блок, связанный с тем, почему выбраны именно такие технологии, в чем их особенность, как они апробируются. Третий блок вопросов, это вопросы, связанные с оценкой самого воздействия на окружающую среду. Четвертый блок, который был поднят, это вопросы об осуществлении государственного экологического контроля, государственного экологического мониторинга на данном объекте, когда объект будет работать. Мы уже предметно обсудили все технологии, показали, что эти технологии апробированы, что они широко используются за рубежом и России, но в виде отдельных технологических линий. Они сейчас в виде комплексов установок с 10-12 технологическими линиями собраны на объектах ПТК. Объяснили полностью как мы проводили расчёты. С какими-то доводами общественности мы согласились, в каких-то вопросах они нас услышали. В целом мы нашли взаимопонимание. И самый основной блок, это блок проведения мониторинга. Мы доложили общественности, что предприятие выполняет все запланированные мероприятия, запланированные в строгом соответствии с действующим законодательством. И вопросы, связанные, как предлагает общественность, ведение биологического мониторинга и ведение государственного экологического мониторинга они как таковые не относятся к компетенции предприятия. А в части касаемо ведения локального экологического мониторинга, то есть все те наблюдения, которые положены в основу программы наблюдения полностью соответствуют законодательству и будут осуществляться. Но в целом общественность предложила этот вопрос и чтобы мы их поддержали и в плане того, что всё-таки выйти в правительство и постараться, учитывая важность этих объектов, решить вопрос о том, чтобы на данных объектах был организован государственный экологический контроль.
А. Лапшина:
– То есть предприятие не будет заниматься само?
К. Иванов:
– Предприятие не может этим заниматься, потому что это определено законодательством. Оно будет себя и контролировать, и соблюдать нормативы. А чтобы эта деятельность, учитывая озабоченность населения со стороны государства, то есть надзорных органов также осуществляла советующий контроль. У нас на объекте по уничтожению химического оружия был создан специальный центр государственного экологического контроля и мониторинга. Он по аналогичным программам, как и были организованны объекты по уничтожению химического оружия вёл такие же наблюдения. То есть в выборочном, а не в полном объёме контролировали. И в результате население информировалось, что тот контроль, который осуществляется на объекте действительно одушевляется правильно, результаты предоставляются верно и они полностью соответствуют с независимым государственным контролем.
А. Лапшина:
– Ещё хотела уточнить. Вот до 21 августа можно было направлять замечания при этом обсуждение общественное, эта стадия она закончилась 15 или 20 июля, я сейчас могу путать. На этот период предложения, которые поступали сильно ли отличались предложения специалистов от предложений просто граждан?
К. Иванов:
– Конечно, можно сказать, что очень понравился диалог в том плане, что это действительно подготовленная экспертная группа. Понятно, что сидят технически грамотные люди, которые чётко разбираются в том, что они смотрят. И вопросы, которые ими задавались они действительно заданы, по существу. А те замечания, которые от общественности частично шаблонные.
А. Лапшина:
– Скажите пожалуйста, правильно ли я понимаю, что вот сейчас как раз тот этап, когда начинается уже общественная экологическая экспертиза. То есть не обсуждение, а именно экспертиза.
Д. Плещенко:
– Да, нам известно о том, что несколько организаций подали свои заявки на проведение общественной экологической экспертизы. Это инициатива общественности, независимых организаций и мы в данном процессе никоим образом не участвуем. Где мы участвуем, это в передаче документации для проведения экспертизы. Согласно законодательству, она может проводиться «до» или параллельно с государственной экологической экспертизой. Заключение данных организаций они имеют право направить в дальнейшем на рассмотрение экспертной комиссией Росприроднадзора. Пока обращений со стороны этих организаций не зафиксировано, но тем не менее готовы предоставить всю необходимую информацию в случае если такое произойдёт.
А. Лапшина:
– То есть общественная экологическая экспертиза будет изучать документацию с внесёнными какими-то поправками по результатам общественных обсуждений.
Д. Плещенко:
– Всё верно. Делом в том, что объект общественной экологической экспертизы появляется только тогда, когда вся документация прошла общественное обсуждение и доработана с учётом мнения общественности. Только после этого. когда будет сформирован комплект, который мы передаём в Росприроднадзор на государственную экологическую экспертизу, он же подлежит и общественной экологической экспертизе.
А. Лапшина:
– В тот момент, когда сейчас идёт общественная экологическая экспертиза. Ещё могут какие-то специалисты, какие-то надзорные ведомства вносить свои предложения или уже всё, этот этап закончен?
Д. Плещенко:
– До 21 числа можно вносить свои замечания и предложения, а в дальнейшем уже нами формируется комплект документаций, который мы отдаем на государственную экологическую экспертизу и тут уже эксперты Росприроднадзора рассматривают документацию и изменения будут вноситься уже по представлению этой экспертной комиссии, если таковые последуют.
А. Лапшина:
– И когда же начинается государственная экологическая экспертиза? И кто будет проводить?
Д. Плещенко:
– Проводить будет Росприроднадзор, это орган уполномоченный, точнее проводит независимая экспертная комиссия при Росприроднадзоре, но ответственный орган Росприроднадзор. В самое ближайшее время, я думаю, что к началу сентября сейчас завершится этап общественных обсуждений. Будет сформирован комплект документации, и в ближайшее время передадим его на экспертизу.
А. Лапшина:
– В чём она будет заключаться, государственная экологическая экспертиза? Можно поподробнее рассказать?
К. Иванов:
– Целью государственной экологической экспертизы является оценка проектной документации на соответствие её федеральным нормам и правилам в области охраны окружающей среды. То есть в рамках этого обычно проходит следующим образом, документация сдаётся, принимает свою комплектность, назначается комиссия и документация рассматривается комиссией в течение до 2-3 месяцев в зависимости от сложности объекта. Результатом рассмотрения является заключение, утверждённое приказом Росприроднадзора о соответствии или несоответствии представленной документации федеральным нормам и требованиям в области охраны окружающей среды.
А. Лапшина:
– Если соответствует, тут всё понятно. А если, например, будут какие-то замечания, что тут с ними происходит?
К. Иванов:
– В течение работы государственной экологической экспертизы, комиссия имеет право выдавать замечания и в определённый срок комиссией, мы должны будем исправить эти замечания. Если эти замечания будут удовлетворять, то они принимаются и замечание снимается.
А. Лапшина:
– То есть в проектную документацию на этом этапе ещё можно вносить изменения. И дальше что будет, после экологической экспертизы – государственной.
К. Иванов:
– После заверения государственной экологической экспертизы проектная документация и материалы инженерных изысканий, а также документация по оценке сметной стоимости подаётся в госэкспертизу проектов. И проходит экспертизу. Срок этой экспертизы примерно может быть до двух месяцев. Мы планируем, что к концу года должны завершить рассмотрение. Весь этот цикл с документами и получить положительное заключение государственных экспертиз на проектную документацию, и уже в начале следующего года получить разрешение на строительство и приступить к строительству данного объекта.
А. Лапшина:
– За это время пока будут идти экспертизы ещё будут какие-то встречи с общественностью, с властями региона в каком-то формате? Или пока этот этап завершен и сейчас просто работа с документами, а потом в конце года будут планировать дальше?
Д. Плещенко:
– Мы всегда демонстрируем открытость и диалог с общественностью и с властями региона, поэтому в случае необходимости мы всегда открыты к проведению подобных мероприятий. Конечно, мы сейчас будем сконцентрированы на работе с данными экспертизами, тем более что это касается четырёх объектов. У нас параллельно идёт работа в четырёх регионах. В случае такого запроса и необходимости мы всегда открыты для любого формата встреч.
А. Лапшина:
– И ещё по итогам государственной экологической экспертизы с её результатами, полностью исправленной проектной документацией любой желающий может ознакомиться или это такая больше для внутреннего пользования будет история?
Д. Плещенко:
– Абсолютно. Можно будет ознакомиться с результатами государственной экологической экспертизы на сайте Росприроднадзора. Любая экспертиза она попадает в перечень на сайт. Ну и, я думаю, что в данном случае мы на своём сайте также разместим информацию и известим о результатах проведений экспертиз.
А. Лапшина:
– Этого получается ждать ближе к концу года?
Д. Плещенко:
– Так точно!
А. Лапшина:
– Спасибо нашим гостям. Спасибо Вам!
